Зелень совсем страх потеряла. Нагло трущит мои бутерброды – это при том, что я вот здесь, за столом, сижу. Я не удивлюсь, если она когда-нибудь начнет ходить по головам. Если вы помните, Каррамбочку нам отдали родственники. Может быть, они ее когда-нибудь и выпускали из клетки, но очень редко. Когда мы ее первый раз выпустили полетать, она пролетела два метра и шмякнулась на пол. Потом с довольно тупым видом сидела на клетке и только орала, когда кто-нибудь приближался. Потом начала проявлять любопытство – к шторам, по которым можно полазить, к обоям, которые можно погрызть, к окну, в которое можно смотреть. Потом научилась сама залазить в клетку, чтобы поесть. Потом научилась выделывать разные пируэты, летая по комнате, и плескаться в поилке, разбрызгивая воду. И нагло тырить бутерброды!
|